Кипение крови: Блог Александра Иванова

10 июня 2015, 09:12 10508
1 комментарий
Отвлекусь ещё раз от проблем нашей повседневности. Интерес читателей сайта к посту о жизни под водой навеял некоторые мысли. К этой теме всегда возвращаюсь с удовольствием, хотя, казалось бы, всё давно позади, и у меня совсем другая жизнь.

Собственно,предпринимателю вроде и не с этого (казалось бы) надо начинать. Пока я выходил на боевые службы на атомных подводных крейсерах, шла активная капитализация всего нашего общества, создавались стартовые условия будущего роста. 

И всё-таки ту школу, которую я прошёл в подводном флоте, ничем не заменишь. При том, что в эти же годы другими людьми были сколочены целые состояния, я не считаю это время потерянным…

ПОЛТЫСЯЧИ «ХИРОСИМ»

«Зацепившийся на мусинге при всплытии подводник в точности напоминает наживку, насаженную на крючке, на глубине нескольких десятков метров, в открытом океане »

У нас на Камчатке под водой вообще интересно. Особенно, когда солнцем всё  освещается. Я увлекаюсь дайвингом, иногда погружаюсь в бухтах Спасения, Безымяной, Саранной. У меня хорошее снаряжение шведской фирмы «Посейдон».

К сожалению, нечасто это бывает… Нет времени.

Между тем, в своё время под водой мне приходилось проводить недели и даже месяцы. В других, конечно, условиях и с другой мотивацией.

За время службы в ВМФ СССР я прошёл 11 боевых служб в составе экипажа РПК СН (атомный подводный ракетный крейсер стратегического назначения) в обиходе – подводная лодка.  Стандартная боевая служба – около 80 суток; были «автономки» и  больше, и меньше. 

К жизни под большой толщей воды человек быстро привыкает, психологически это давит только поначалу. Насколько это на самом деле сложно и опасно, начинаешь понимать, когда уже дольше послужишь: молодые и отчаянные мореманы бесстрашны в своем незнании и неведении как ненадёжна техника, а  самое страшное – насколько низка, порой, степень подготовленности людей.

Если задуматься, что такое современный подводный крейсер, то для наглядности сравнения можно попытаться представить атомную электростанцию мощностью под 200 мегаватт (этой энергии достаточно для нашего города).

Одновременно это и космодром с 16 ракетами на борту, которые запускают не со стартового стола на суше, а из-под воды,  стартового коридора с глубиной до 50 метров.  Водоизмещение крейсера около 15 000 тонн, это примерно пятиэтажное здание длиной 150 метров. Всё это напичкано  самыми сложными механизмами и электроникой, которую обслуживают 150 молодых парней. И это всё движется под водой, со скоростью до 50 километров в час. Если эта махина выйдет в ракетную атаку, то из старта 16 ракет может получиться около 500 «Хиросим».

ГОРНИЛО

Наши командиры подводных лодок были не просто жёсткие, но, порой, жестокие. И это было абсолютно оправданно. Иначе лодка могла бы погибнуть вместе с экипажем, что и случалось после распада страны, как следствие потери профессионализма и базы обеспечения флота.

Самого командира, пока он дойдёт до командирского перископа, не то, что «выковывали» тогда, но нещадно прессовали и ломали. Это страшное горнило выдерживали только сильнейшие.

Командир – действительно главная фигура на корабле. Мне везло с командирами. Со многими до сих пор сохранились дружеские отношения: Ильин, братья-близнецы Шастуны(оба командиры; с обоими приходилось служить)… На таких не просто флот – Россия  держится. Без преувеличения. Жизнь – штука несправедливая, и Родина их не отметила в той мере, в которой они этого заслуживали.

В подводном флоте матросов срочной службы не должно быть, как я считаю, и близко. Это и тогда было ясно. А мичманов нужно учить не два года, а года четыре, как минимум. Степень сложности очень высокая. Поэтому нужно делать всё возможное, чтобы люди с флота не уходили. Сумасшедших денег стоит подготовить  по-настоящему грамотного специалиста.

Были ли у меня проблемы? Были. Нокаутировал матроса – наркомана и вора. Политработники пытались за это уволить. Вступились командир корабля и командир дивизии. Тогда, если б выгнали с флота, это была бы трагедия для любого человека. А сейчас «косят» от службы и считают это геройством.

Мордобой – не лучший способ воздействия, согласен. Я к этому никого не призываю. Но бывают случаи, когда наглецы ведут себя вызывающе, да ещё и начинают этим спекулировать. Можно ли было этот терпеть?! 

РАЗМЫТАЯ ОТВЕСТВЕННОСТЬ

Вспомним один из тяжёлых уроков отечественного подводного флота. 1983 год, бухта Саранная, чуть южнее Петропавловска-Камчатского. В прочном корпусе АПЛ собралось слишком много командиров и специалистов с разных экипажей. На боевом корабле должен быть только один командир, отвечающий за всё и всех. А когда ответственность не персонифицирована и  размыта, на флоте это никогда не заканчивалось хорошо. В итоге лодка затонула при выходе в море, погибли люди…

А  техническая причина была в следующем. В системе автоматики неправильно была собрана схема индикации состояния забортных отверстий. Подводная лодка погрузились с открытой шахтой вентиляции, и вода пошла в отсеки. Экипаж  не смог быстро понять, что происходит. Так бывает на автомобиле: ты нажимаешь на тормоз, машина обязана тормозить, а она наоборот – едет быстрее…

Всё произошло за считанные десятки секунд. Часть отсеков была затоплена, остались живыми те, кто  успел загерметизироваться в своих отсеках. Лодка  легла на грунт на глубине около 40 метров. Сказался низкий уровень подготовки экипажа. Даже во время выхода личного состава из ЗПЛ (затонувшей подводной лодки) погибли моряки.

При выходе из ЗПЛ через носовые торпедные аппараты матрос запаниковал, потому, что не смог открыть карабин при прохождении мусинга, завис на  буй-вьюшке и погиб, возможно, от нарушения режима декомпрессии, сильнейшего стресса и паники…Его нельзя осуждать, его просто не обучили должным образом ремеслу подводника. Если взять сотню неподготовленных людей и создать им подобные условия, все 100 человек потеряют разум от страха и их дальнейшая участь печальна.

Подводник, покидающий ЗПЛ и  зацепившийся на мусинге при всплытии, в точности напоминает наживку, насаженную на крючке, на глубине нескольких десятков метров, в открытом океане.

Дело в том, что под избыточным давлением в крови человека растворяется азот, и если давление резко понизить, азот начинает интенсивно выделяться, как при открытии бутылки с шампанским. Сердце человека приспособлено качать жидкость – кровь. Когда кровь «вскипает» от выделяющегося азота, она превращается в пену. Сердце пену качать не может, в теле подводника останавливается кровообращение, наступает кислородное голодание, умирает мозг а затем и весь организм.

Чтобы этого не происходило и давление резко не падало, из ЗПЛ выходят по буй-вьюшке (верёвке), останавливаются на мусингах (это такие шары на верёвке, чтобы на них отвисеться какое-то время и весь азот медленно вышел из крови).

 

Тот несчастный матрос, выйдя  из трубы торпедного аппарата в снаряжении ИСП-60, зацепился карабином за буйреп, со страха всё позабывал, возможно, проскочил одинарные мусинги и застрял на двойном или тройном мусинге. В результате, молодой парень погиб, хотя вполне мог остаться в живых… Он, возможно, и лёгководолазную подготовку не проходил вообще.

Я давно увлекаюсь дайвингом.  Водолазную подготовку,ещё работая в шахте, освоил, по курсу ВГСЧ: на случай затопления шахтных выработок. Поэтому на корабле я числился нештатным лёгководолазом.

Кому интересно, можно ли выйти живым из ЗПЛ, рекомендую упрощённую, но очень понятную информацию, находящуюся  здесь: http://vmf.spox.ru/ru/blog/1731.mojno_li_viy.html

Нас Бог миловал. При мне ничего не случилось. У нас были хорошие командиры.

Читатели комментируют

1 капитан Смолет   10 июня 2015, 19:57

Образно сказано: "Размытая отвественность". Это в точности про сегодняшнюю власть.

Написать комментарий   Некорректный логин или пароль
Ваше имя: